А. А. Фет

Молятся нищие, терпят, страдают;
В грязных лохмотьях они замерзают;
На паперти клянчат себе подаяние —
Просят убогие на пропитание…

Тучный купец очень важно шагает;
Делать добро он сегодня желает;
С копейкой расстаться не сможет вовек —
Корку сухую кидает на снег:

«‎Вижу я ваши томленья и горе,
Слёзы застыли в вечном укоре…
Что ж вы не рады, как я погляжу?
Вот я вас палкой сейчас отхожу!»‎

1883 год

Молятся звёзды, мерцают и рдеют,
Молится месяц, плывя по лазури,
Легкие тучки, свиваясь, не смеют
С темной земли к ним притягивать бури.

Видны им наши томленья и горе,
Видны страстей неподсильные битвы,
Слезы в алмазном трепещут их взоре —
Все же безмолвно горят их молитвы.

1883 год

Не плачь, не жалуйся ты мне!
Оголодали мы с тобою;
Замёрзли, нищие, в тряпье;
Бредём, гонимые нуждою.

Где нам согреться и поесть?
Где нам найти успокоенье?
Земных грехов, обид не счесть —
Людей извечное гоненье…

Как много горя на челе —
Застывшей боли отраженье;
И нет нам места на земле —
Пред Богом вымолим прощенье…

1884 год

Не смейся, не дивися мне,
В недоуменье детски грубом,
Что перед этим дряхлым дубом
Я вновь стою по старине.

Не много листьев на челе
Больного старца уцелели;
Но вновь с весною прилетели
И жмутся горлинки в дупле.

1884 год

Новые калоши —
Как вы мне нужны!
Босиком негоже —
Лужи холодны…

Накопил я денег;
И в ряды пошёл;
Непомерный ценник —
Пару приобрёл…

Пояс затяну я —
Голод до весны…
Новые калоши,
Как вы мне нужны…

1842 год

Чудная картина,
Как ты мне родна:
Белая равнина,
Полная луна,

Свет небес высоких,
И блестящий снег,
И саней далеких
Одинокий бег.

1842 год

Вчера друзьям доверил я
Свой план спасения народа.
Сплотила нас мечта моя;
И ближе стала нам свобода!

Мы встанем грозною толпой
Униженных рабов, крестьян;
Поднимем стяг — царя долой!
И ринемся крушить дворян!

Словам борьбы и ты внемли:
Друг, Божья истина за нами!
Весь мир — от неба до земли
Очистим ярости огнями!

1860 год

Вчера земле доверил я
Твой корень преданной рукою,
И с той поры мечта моя
Следит с участьем за тобою.

Словам напутственным внемли,
Дубок, посаженный поэтом:
Приподымайся от земли
Всё выше, выше с каждым летом.

И строгой силою ветвей
Гордясь от века и до века,
Храни плоды ты для свиней,
А красоту для человека.

1862 год

Повешусь я — на дубе иль берёзе;
Кругом тоска, голодная пора;
Напрасные в глазах застыли слезы;
Сковала сердце лютая хандра…

Хмелею я, и с каждою минутой
Уносятся последние мечты;
Вся жизнь наполнена обидой;
Холоп всё стерпит, вытерпишь и ты!

Не верю я судьбе — чреда лишений;
В бутылке утоплю печаль свою;
Не жду от Бога новых откровений;
В угаре пьяном душу я сгною…

1883 год

Учись у них — у дуба, у берёзы.
Кругом зима. Жестокая пора!
Напрасные на них застыли слезы,
И треснула, сжимаяся, кора.

Все злей метель и с каждою минутой
Сердито рвет последние листы,
И за сердце хватает холод лютый;
Они стоят, молчат; молчи и ты!

Но верь весне. Ее промчится гений,
Опять теплом и жизнию дыша.
Для ясных дней, для новых откровений
Переболит скорбящая душа.

1883 год