Терентий Иванович КатушкинСтихи
Я пить хочу! Хочу вина я…
Я пить хочу! Хочу вина я
Обидам, горестям назло;
Они, мой разум убивая,
Морщинами изрезали чело.
Гулять хочу! Хочу веселья
Тоске, унынию назло;
Кутить и, не страшась похмелья,
Младым вином сжигать нутро.
Холопа жизнь сплошные неудачи —
Терпеть лишенья день за днём;
Напьюсь до визгов поросячьих;
Забудусь пьяным чёрным сном.
Пора, пора! Зовет труба
Прогнать спокойствия туман;
Что без веселья жизнь раба?
И что без бури океан?
1832 г.
Я жить хочу! Хочу печали…
Я жить хочу! Хочу печали
Любви и счастию назло;
Они мой ум избаловали
И слишком сгладили чело.
Пора, пора насмешкам света
Прогнать спокойствия туман;
Что без страданий жизнь поэта?
И что без бури океан?
Он хочет жить ценою муки,
Ценой томительных забот.
Он покупает неба звуки,
Он даром славы не берет.
1832 г.
Гусли
Барин привёз издалёка
Гусли. Велел мне играть
Песню задорно, глубоко,
А крепостным всем плясать.
В этой безумной затее
Рабовладелец дурнел:
Нагайкой порол он, зверея,
Тех, кто плясать не хотел.
Розги, кнуты и верёвки:
— Что-то не весело вам?
Много всего для издёвки
Вам приготовил тиран!
Робко, темно и глубоко
Рыдают струны мои.
Ветер свободы далёко
Надежды уносит твои.
Ветер принес издалёка...
Ветер принес издалёка
Песни весенней намек,
Где-то светло и глубоко
Неба открылся клочок.
В этой бездонной лазури
В сумерках близкой весны
Плакали зимние бури,
Реяли звездные сны.
Робко, темно и глубоко
Плакали струны мои.
Ветер принес издалёка
Звучные песни твои.
Избавление
Накопился долг гигантский;
Опустился мрак густой;
Срок мне светит арестантский;
Нет копейки за душой…
Дом сгорел и скарб крестьянский;
Нечем заплатить оброк;
Суд прислужников тиранский;
Каторга, Сибирь, острог.
Где найду исход желанный?
Где воскресну я душой?
Где свободы долгожданный
Получу я свой спокой?
У лихого атамана
В тёмной чаще скроюсь я.
Власть помещика-тирана
Не достанет там меня.
Войско соберем лесное;
И пойдём крушить господ;
Равенство людей святое —
Избавление от невзгод!
Желание
Озарися, дол туманный;
Расступися, мрак густой;
Где найду исход желанный?
Где воскресну я душой?
Испещренные цветами,
Красны холмы вижу там…
Ах! зачем я не с крылами?
Полетел бы я к холмам.
Там поют согласны лиры;
Там обитель тишины;
Мчат ко мне оттоль зефиры
Благовония весны;
Там блестят плоды златые
На сенистых деревах;
Там не слышны вихри злые
На пригорках, на лугах.
Ворон
Под небом тёмным гроб стоит,
У церкви люд толпится скорбный,
И над могилами кружит
Голодный мудрый ворон черный.
Он голосисто с вышины
Кричит, над кладбищем летая:
«Баллады все мои грустны —
Вот смерть пришла к нам молодая!
Под небосводом все кружу,
За ходом времени и смерти наблюдая.»
А в том гробу ведь я лежу.
Прощение Господа покорно ожидая…
Жаворонок
На солнце темный лес зардел,
В долине пар белеет тонкий,
И песню раннюю запел
В лазури жаворонок звонкий.Он голосисто с вышины
Поет, на солнышке сверкая:
Весна пришла к нам молодая,
Я здесь пою приход весны.Здесь так легко мне, так радушно,
Так беспредельно, так воздушно;
Весь божий мир здесь вижу я.
И славит бога песнь моя!
У лукоморья крест дубовый…
У лукоморья крест дубовый,
И надпись древняя на нём:
Здесь атаман лежит веселый:
«Что жизнь, что смерть — все нипочём!»
Ходил направо — раб свободен,
Налево — нищий обогрет.
Великий план был благороден —
В народной памяти воспет!
Был атаман за власть народа.
Хотел все земли им раздать.
Привольный труд, свой дом, свобода,
Лишь Божий суд и благодать.
Но задушили атамана
Холуи батюшки царя —
Рабы богатства и обмана,
Крестьян надежду уморя.
У лукоморья крест дубовый,
И надпись новая на нём:
Здесь атаман лежит веселый:
«В сердцах людей мы не умрём!»
У лукоморья дуб зеленый
У лукоморья дуб зелёный;
Златая цепь на дубе том:
И днём и ночью кот учёный
Всё ходит по цепи кругом;
Идёт направо — песнь заводит,
Налево — сказку говорит.
Там чудеса: там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит.